Тема 5
Философия истории
Диалог как способ решения проблем в современном мире
Тему диалога мы не случайно выбираем как одну из ведущих в учебном пособии. Она прослеживается от Сократа до Н.Н. Моисеева, других мыслителей современности. «Только в диалоге рождается истина» - писал Н.Н. Моисеев и только в диалоге культур современная цивилизация сможет найти выход в решении проблем современности. К этому же нас призывает Чумаков А.Н автор статьи «Культурно-цивилизационный диалог как способ решения проблем в современном мире».
Современный мир вступает в эпоху турбулентности, поскольку под влиянием глобализации все больше становится целостной системой, оставаясь в то же время, как и прежде, без управления. Конструктивный диалог, учитывающий культурные различия и цивилизационное единство разных стран и народов, в этой ситуации является наиболее оптимальным средством решения многочисленных проблем. Для современной России серьезным препятствием к осуществлению такого диалога как внутри страны, так и на международной арене является ее отставание в цивилизационном развитии, преодоление которого становится первостепенной задачей.
От философии в этой связи ждут не столько ситуативного рассмотрения текущей ситуации и частных предложений, сколько анализа основополагающих причин происходящих изменений, теоретических обобщений и выстраивания стратегических перспектив общественной динамики в контексте реалий и тенденций развития глобального мира и нашей страны в частности.
Решение такой задачи предполагает рассмотрение как минимум трех принципиальных и тесно связанных между собой вопросов:
- Как понимать и оценивать современный мир?
- Каким образом решать многочисленные проблемы этого мира?
- Какое отношение ко всему этому имеет Россия и каковы ее первоочередные задачи?
Не имея возможности детально анализировать каждую проблему, заключенную в сформулированных вопросах, хотелось бы сосредоточиться на принципиальных подходах к их пониманию и решению, оставляя без специального рассмотрения то очевидное обстоятельство, что Россия - составная часть глобального мира и ее главные проблемы не могут иметь удовлетворительного решения вне этого контекста.
Также, поскольку глобализация является определяющим фактором развития современного мира (а для нашего разговора ее интерпретация имеет принципиальное значение), хотелось бы сразу уточнить авторскую позицию по данному вопросу, не прибегая при этом к специальным доказательствам, которые вполне доступны для ознакомления по уже опубликованным работам [Чумаков 2005; Чумаков 2006; Чумаков 2012; Глобалистика 2003]. Она заключается в том, что глобализация - это изначально и в первую очередь объективно-исторический процесс, где субъективный фактор играет порой принципиальную роль, но не является ни исходным, ни ключевым в определении динамики и тенденций глобальных процессов.
Почему так важно обратить на это внимание? Прежде всего потому, что когда тот или иной субъективный фактор в глобальных отношениях (будь то какая-то страна, или иной центр принятия решений) объявляется определяющим, а то и вовсе способным управлять мировыми процессами (подразумевается, как правило, в своих интересах), то анализ реального положения дел смещается, в конечном счете, в область субъективных оценок, эмоций и домыслов. При этом выпадает из поля зрения то обстоятельство, что хотя мировое сообщество уже фактически и стало под влиянием процессов глобализации единой целостной системой, тем не менее оно еще не обрело соответствующих механизмов управления, адекватных этой целостности. И что особенно важно, для реализации такой задачи сегодня нет даже необходимых предпосылок. Поэтому любые попытки управлять глобализацией тщетны, а разговоры об «управляемой глобализации» (тем более управляемой мировым сообществом в целом) - или заблуждение, или же они диктуются иными целями, не имеющими прямого отношения к глобальным процессам…
В отличие от отдельных государств, в которых общественные процессы подвержены и регулированию, и управлению, в мировом сообществе (на глобальном уровне) имеет место только регулирование, да и то осуществляемое по большей части стихийно, естественным образом, как то характерно для любых биосистем. Это утверждение может показаться спорным, но лишь в том случае, если не проводить принципиальное различие между регулированием и управлением. А делать это не только нужно, но и необходимо, если мы хотим адекватно осмыслить современный мир и найти приемлемые подходы к решению его актуальных проблем.
Итак, если говорить о регулировании, то здесь имеет место самопроизвольный процесс или преднамеренные действия, направленные на обеспечение оптимального функционирования той или иной системы в соответствующих пределах, заданных естественным или искусственным путем. Регулирование направлено на достижение согласованных действий отдельных частей целого или удержание в определенных границах тех или иных параметров функционирования системы. При этом оно может происходить как стихийно (как, например, в саморегулирующихся системах), так и осознанно (когда дело касается общественных систем, где роль регулятора берет на себя человек)…
Управление же (в отличие от регулирования) определяется как «процесс воздействия субъекта на объект, направленный на упорядочение, сохранение, разрушение и изменение системы объекта в соответствии с поставленной целью». Управление, тем самым, всегда и непременно предполагает наличие субъективного фактора и характеризуется более сложной структурой отношений между субъектом и объектом. Оно тесно связано с такими понятиями как «управа», «право», и представляет собою процесс, в основе которого всегда лежит целеполагание и обратная связь, постоянно корректирующая поведение субъекта в процессе достижения цели.
Таким образом, управление - это более высокий тип регулирования аналогично тому, как развитие - более высокая форма движения. Отсюда управление с необходимостью предполагает регулирование, тогда как регулирование без развития мы можем наблюдать сплошь и рядом, как в живых системах, так и в социуме.
Однако с середины ХХ в. ситуация принципиально меняется в том смысле, что целостной системой в силу процесса глобализации становится уже все человечество. Тем самым оно вышло на тот рубеж, за которым лишь стихийно складывающееся регулирование общественных отношений продолжаться уже не может. Оно должно быть дополнено теперь сознательно и целенаправленно выстроенным управлением всей этой системой, ибо мир глобальных отношений без эффективного глобального управления обречен на серьезные испытания.
Однако для обеспечения эффективного управления любой общественной системой необходимы не только механизмы принятия и реализации управленческих решений, но и, что не менее важно, - соответствующие условия, важнейшими из которых являются:
1) Общезначимые для всех основы морали;
2) Единое правовое поле, предполагающее наличие системы принятия и исполнения правовых норм, единых для всех субъектов данного социума;
3) Обеспечение совместной безопасности;
4) Единое экономическое пространство и согласованная финансовая политика в масштабах управляемой системы;
5) Общий язык межнационального общения.
Поскольку в любом суверенном государстве все это имеется, то общественные системы, представленные государствами, так или иначе управляются. Насколько хорошо или плохо - это уже другой вопрос. На более высоком уровне - региональном можно обнаружить лишь элементы управления, что несложно увидеть, если взять, например, ЕС, СНГ, ШОС и т.п.
Но что мы имеем сегодня из того, что требуется для управления на глобальном уровне? Да практически ничего. В лучшем случае лишь зачатки того, что необходимо. Отсюда, нравится нам или нет, но следует признать, что глобальный мир как единое целое всего лишь только регулируется, но вовсе не управляется - ни явным образом, ни латентно. …
Но говорить сегодня о глобальном управлении применительно к мировой системе в целом (в контексте отмеченного выше) можно лишь в теоретическом плане. И более того, не только можно, но и необходимо как о самой насущной задаче современности. А вот заявлять об этом как о том, что уже имеет место быть, как о реальности, значит выдавать желаемое за действительное. Это не только не соответствует реальному положению дел, но и чревато нежелательными последствиями, поскольку в таком случае легко, не рассчитав свои силы, соскользнуть на гипертрофированное восприятие собственной исключительности и сбиться на поиски какого-то особого пути развития, объясняя свои просчеты и ошибки заговором тех или иных враждебных сил или чьими-то происками. Неужто в истории, в том числе и нашей, мы не находим тому подтверждения?
Итак, отсутствие глобального управления при разве что элементарных зачатках глобальной этики, различной трактовке общечеловеческих ценностей и при полном отсутствии глобального права объективно ставит различные субъекты мирового сообщества в ситуацию острой борьбы за выживание с позиции силы. В итоге мы снова, но уже на глобальном уровне оказываемся практически в том состоянии, которое было в локальных масштабах до появления государства и которое именуется «войной всех против всех». Только теперь, когда глобализация привела человечество к целостной системе, во всеобщее противоборство оказались вовлечены уже не отдельные люди и коллективы, а национальные государства и другие субъекты международных отношений. И что самое главное - нет такой силы, которая могла бы остановить их в этом противоборстве, кроме самоистребления. Альтернативой же ему, тем более когда общественные системы плохо функционируют, а то и вовсе не управляются, как то происходит с мировым сообществом в целом, может быть только конструктивный диалог и поиск на этой основе взаимоприемлемых решений.
Как возможен диалог?
Здесь, однако, далеко не все так просто, ибо если внутри отдельных государств диалог не только возможен, но и может быть конструктивным, чему найдется немало примеров и подтверждений, то на региональном уровне с этим уже намного сложнее. На глобальном же уровне диалога и вовсе не получается.
Очевидно, что ответ на вопрос, как возможен конструктивный диалог и почему на разных уровнях возможности для его осуществления разные, следует искать в исходных основаниях, на которых только и строится любой диалог. И это не что иное, как степень цивилизованности тех, кто вступает в диалог, т.е. здесь важен уровень не столько культурного, сколько цивилизационного развития. Иначе говоря, для любого диалога необходим фон общего опыта, который за пределами отдельных культур (т.е. в поликультурном пространстве) формируется не на культурных, а на цивилизационных основаниях и принципах.
При этом важно подчеркнуть, что в реальной жизни люди не живут отдельно в культурах или цивилизациях. На самом деле они живут, общаются, взаимодействуют и в том, и в другом измерении. Другими словами, они неизменно пребывают в различных культурно-цивилизационных системах, да и сами таковыми являются, культурная и цивилизационная составляющие того или иного социума или индивида являются двумя сторонами одной медали. И хотя в исторической ретроспективе культура первична по отношению к цивилизации, с появлением последней они оказываются неразрывно связанными и соотносятся между собой с самого начала в соответствии с принципом дополнительности. …
Вот почему хотелось бы заострить особое внимание на словосочетании из двух имманентно связанных слов - «культура» и «цивилизация» - и говорить в этой связи не о каких-то исторически сложившихся культурах (например, в шпенглеровском понимании этого слова) или самодостаточных цивилизациях (как это делают обычно вслед за Тойнби), а о различных «культурно-цивилизационных системах», в которых только и пребывают все страны и народы. Это положение наилучшим образом раскрывается, если рассматривать общественные системы не в одной плоскости, а системно, голографически, как того и требуют современные обстоятельства.
И тогда становится понятно, почему подходы, основанные только на «диалоге культур» или только на «диалоге цивилизаций» (о чем так много говорится в последнее время), взятые по отдельности, неэффективны, и более того, заранее обречены на неудачу. Они не отражают истинной (культурно-цивилизационной) природы общественной жизни, которая являет собою, как уже было сказано, сплав, единство культурных достижений и тех цивилизационных отношений, на уровень которых поднялось, выросло данное общество.
Здесь важно подчеркнуть, что любая культура изначально самодостаточна и стремится к сохранению своей идентичности, вступая, как правило, в противоборство и конфликты с другими культурами. Именно поэтому конструктивный диалог, основанный только на культурных основаниях, невозможен. Отсюда возлагать надежды на межкультурный диалог и рассчитывать на сближение на этой почве разных позиций не приходится. Однако и серьезных причин для беспокойства нет, если принять во внимание, что все диалоги происходят в культурно-цивилизационном формате. При этом культура, которая всегда выражает индивидуальность и тем самым обособляет субъекты отношений, выступает фоном, андеграундом такого диалога. Цивилизация же заключает в себе интегративное начало, и тем лучше она способствует диалогу, чем более высок уровень цивилизационного развития имеют вступающие в диалог стороны.
Однако уровень цивилизационного развития отдельных народов, не говоря уже о человечестве в целом, все еще остается крайне низким. Вот почему политика мультикультурализма, которая не учитывает цивилизационный разрыв в развитии различных культур, терпит серьезное поражение не только в Европе, но и в других странах и регионах. …
Российские реалии и необходимость диалога
В ряду именно таких культурно-цивилизационных систем нужно рассматривать и Россию, у которой действительно свой, особый путь культурного и цивилизационного развития, где немало и своих плюсов, и своих минусов. Так, обладая богатой и высокоразвитой культурой она, тем не менее, существенно отстает от ряда стран в своем цивилизационном развитии и зрелости гражданского общества, что в условиях глобальной взаимозависимости нередко оборачивается негативными последствиями и серьезными издержками.
Проблема эта не новая. Более того, время от времени она выходит на первый план общественных и научных дискуссий, порождая дополнительный интерес к соответствующей литературе и философскому наследию как российских, так и зарубежных авторов, среди которых И.А. Ильин, Н.А. Бердяев, В.В. Розанов, А.А. Зиновьев, М.К. Мамардашвили, К. Поппер, М. Фридман, Ф.А. Хайек, Х. Ортега-и-Гассет и многие другие…
Разумеется, когда после распада СССР пришли первые разочарования от неудавшихся реформ, такая литература в нашей стране оказалась наиболее востребованной. Вместе с тем, хотя идеи гражданского общества и демократии и получили возможность для своего развития и распространения, они не стали предметом серьезного философского анализа и теоретических дискуссий и не оказали сколько-нибудь заметного влияния на ход социально-политических преобразований в России. И это вполне понятно - они не имели в тех условиях реальных шансов привлечь к себе должное внимание: не только широкие слои населения, но даже значительная часть ученого сообщества были заняты собственным выживанием, а также не подготовлены к восприятию подобных идей…
Плохое знание истории или пренебрежительное отношение к ней, неумение учится на ее опыте обходятся обычно дорого. Но многочисленные предупреждения на этот счет, в том числе и весьма убедительно, ярко изложенные замечательным русским мыслителем И.А. Ильиным почти в то же время, когда К.Поппер написал «Открытое общество», по известным причинам также не повлияли на мышление и поведение тех, от кого зависел ход событий в России в постсоветский период…
И вот в конце ХХ в., то есть спустя почти полстолетия после этого выстраданного, оплаченного большой кровью и неисчислимыми страданиями предупреждения, все снова произошло так, будто и не было поучительной истории, накопленного опыта. И последствия такого поспешного, скороспелого «вхождения» в демократию не заставили себя долго ждать. Их вполне можно было предвидеть, опираясь на богатый исторический опыт, в том числе и нашей страны, на выпестованное понимание того, что демократия - это, прежде всего люди, их мировоззрение, а не определенным образом устроенная социальная система…
Более того, можем мы теперь добавить, они вообще не вырастают сами по себе без определенных и целенаправленных усилий, без систематической и кропотливой работы с конкретными людьми. И.А. Ильин в свое время на этот счет высказался вполне определенно. Задавшись вопросом, «что сделает из политической свободы человек, который не созрел для нее и переживает ее как разнуздание?», он, анализируя прожитое с 1917 г., отмечал: «Мы наблюдали и учились, мы учились и научились. Мы спрашиваем: чем же заполнит такой человек свои политические права теперь, после тридцати- или сорокалетнего революционного рабства? Что даст своей стране такой человек, злоупотребляя всеми свободами, выбирая криводушно, голосуя продажно, решая все вопросы государства на основах воровства, мести, жадности? Что можно будет сделать, если окажется, что он сам становится опаснейшим врагом чужой и общей свободы?»…
А потому и сегодня, после двадцатилетних исканий «своего пути», проб и ошибок во внутренней и внешней политике, вопрос все еще должен ставиться так: способна ли наша страна уже в ближайшей перспективе подняться на более высокий уровень цивилизационного развития и осуществимы ли идеи гражданского общества в России? Наконец, если да, то каким образом и при каких конкретных условиях эти цели могли бы быть достигнуты?
В первую очередь, как представляется, важно правильно расставить акценты, а именно, не о демократии (власти народа) нужно вести речь изначально, а о качестве самого этого народа, ибо каков народ, такова и его власть, т.е. демократия. Бесконечные же разговоры о демократии без обращения к теме гражданского общества и повышения уровня цивилизованности самих граждан заставляют еще раз подчеркнуть, что для победы демократии необходимо, как минимум, становление гражданского общества, которое является как бы оборотной стороной медали общества демократического.
Таким образом, если действительно желать благополучия своей стране, роста ее авторитета и конкурентоспособности на мировой арене, то, прежде всего, нужно озаботиться повышением уровня цивилизованности всех сфер общественной жизни, где центральной фигурой будет свободный гражданин, а мерилом - степень развитости гражданского общества.
При этом о формировании гражданского общества уместно лишь тогда говорить, когда человек-подданный (зависимый) уступает место человеку-гражданину (свободному), готовому нести ответственность за все решения, принимаемые властью, избранной большинством народа в условиях реальной демократии. Такая ответственность должна включать в себя не только согласие с принятыми решениями, но и активное, открытое проявление своего несогласия (включая и противодействие) всеми законными способами, что в свою очередь предполагает наличие как определенных правовых норм и законов, так и соответствующих институтов, обеспечивающих их безусловное исполнение. А мировоззренческой основой права должна быть соответствующая мораль, такая этика общественных отношений, когда наивысшей ценностью признается личность, ее неотъемлемые права и приоритетное положение человека-гражданина в отношениях с государством. Разумеется, в обществе должна сформироваться определенная (если можно так выразиться) «критическая масса» людей - носителей и защитников этих ценностей, причем они должны составлять также и абсолютное большинство среди лиц, принимающих решения на всех уровнях государственной власти. Речь, собственно, о полноценном среднем классе, о котором, к сожалению, и сегодня применительно к России можно говорить лишь с большой долей условности.
Так с чего начинать?
Рецептов исправления ситуации может быть много, но несомненно одно - без просвещения и приобщения населения к нормам цивилизованного поведения, без формирования полноценного среднего класса и построения гражданского общества с реальным разделением властей и безусловным соблюдением равенства всех перед законом любые попытки изменить положение вещей останутся в лучшем случае благими пожеланиями, будь то внутренняя жизнь страны или ее международная деятельность. В этом собственно и заключается повышение уровня цивилизации для страны в целом и отдельных ее граждан в частности.
Разумеется, такие задачи быстро и бесконфликтно не решаются, а потому и остается рассчитывать на конструктивный диалог, о котором достаточно было сказано выше, и которому по существу не остается альтернативы.
В заключение же хотелось бы сказать, что в этой связи перед современной философской мыслью в России, открывается хороший шанс оказаться на высоте в решении сложнейших проблем. Решая задачи насущных преобразований, формулируя и привнося в общественное сознание адекватные современному миру мировоззрение и ценности, наконец, консолидируя на этой основе широкие слои населения, философия тем самым может и должна способствовать культурному процветанию и действительно цивилизованному развитию нашей страны.
Путь к такому обществу не может быть коротким, как не может быть и легким, но если ему суждено начаться, то обнаружить себя он должен, прежде всего, в общественном сознании, и в первую очередь, в философии. Насколько верно это утверждение, как и в целом предложенное выше видение современных проблем и путей их решения, покажет время и, будем надеяться, не слишком отдаленное.
Чумаков А.Н Культурно-цивилизационный диалог как способ решения проблем в современном мире. Ж. Вопросы философии . №1.2013.С.
Вопросы для размышлений:
1. Какие стратегические вопросы современности выделяет автор?
2. Возможно ли в условиях глобализации утверждать исключительность какой – либо страны или культуры? Для ответа нужно найти примеры и обоснований.
3. В чем сложности управления и регулирования в мировом сообществе?
4. Какие условия необходимы для эффективного управления процессами?
5. «Исключительность», «конфронтация» или «диалог»? Приведите примеры этих позиций из новейшей истории.
6. Постарайтесь найти и выразить цивилизационные основания глобализации.
7. На каком уровне возможен диалог? На уровне «диалога культур», «диалога цивилизаций» или «культурно – цивилизационного диалога». Ответ поясните.
8. В какой сфере может проявляться цивилизационное отставание России?
9. Чему же должен научить Россию опыт непродуманных реформ российской цивилизации?
10. Так с чего же начинать выход в новое цивилизационное состояние?
Кафедра истории и философии Вятской ГСХА philosophy_vgsha@mail.ru |
Понедельник - суббота 8:30 - 17:30 Воскресенье - Выходной |
(8332) 57-43-94 |
© 2014 ФГБОУ ВПО Вятская ГСХА Created by Greckov Vladimir |